Законопроект о введении уполномоченного по правам человека в Бурятии рассматривался сегодня на 29-й сессии бурятского парламента. Подобные должности введены уже в 67-ми регионах России. Бурятия, последовав их примеру, по заверениям авторов законопроекта, «взяла только лучшее из другого опыта».
- Его деятельность будет направлена на восстановление и защиты прав личности, нарушенных действием или бездействием государственных лиц, - сообщила депутат Анна Скосырская.
Избираться уполномоченный будет на пять лет. Кандидатуры на эту должность могут вносить глава республики и депутаты Народного Хурала. Занявший эту должность не может быть депутатом Госдумы, Совета федерации, Народного Хурала, но может вести преподавательскую, научную, или иную творческую деятельность. Кроме того, он должен приостановить на время работы членство в политических партиях.
Помимо самого уполномоченного, будет создан его институт. Численность, структуру и расписание аппарата утвердит он сам. Также в помощь чиновнику может быть создан экспертный совет по вопросам прав и свобод человека.
Представленный законопроект вызвал бурное обсуждение среди депутатов, продолжавшееся не менее 20-ти минут.
Так, коммунист Юрий Тармаев поинтересовался, должен ли уполномоченный реагировать на нарушения прав нарушений в сфере политической деятельности. Подобная формулировка лишь на миг смутила Анну Скосырскую.
- Думаю, он будет рассматривать любые нарушения, - осторожно ответила она.
Вопрос о защите политиков неожиданно получил дальнейшее развитие. Вспомнили депутаты уже экс-депутата Госдумы Гудкова, лишение мандата которого до сих пор вызывало бурный протест оппозиции.
В связи с этим у Анны Скосырской уже предметно уточнили, встанет ли омбудсмен на защиту «бурятского» Гудкова, если аналогичная ситуация повторится в Народном Хурале.
- Вопрос сложный, - задумчиво ответила депутат. – Если вопрос напишут, и вступаться имеем право, значит, будем вступаться.
Однако заявлений по вопросу прозвучало куда больше, чем вопросов. Больше и громче всех говорили о нецелесообразности введения института.
- Что, в республике больше некому защищать права человека? А органы власти и надзорные органы? – задался вопросом депутат Фёдор Трифонов.
- Гарант конституции сейчас – это глава Бурятии, у него есть аппарат, он ведёт приёмы ежедневно. Есть федеральный инспектор, он ведёт те же приёмы. У нас есть общественная палата президента РФ – то же самое. Есть ещё разные структуры. И всё чего-то не хватает. Звучит красиво: ой, как хорошо, у нас есть демократическое общество. Но это просто атрибуты для того, чтобы показать, что всё хорошо, - высказался Владимир Гейдебрехт.
Вспомнили и про должность уполномоченного по правам ребёнка. К ней часть депутатов по-прежнему относится с недоверием. В связи с этим прозвучало предложение: «Хотя бы Вежевич пригласили, а мы бы послушали, что конкретно делается в части защиты детей и убедились бы, насколько этот орган действенный».
- Не уверен, что уполномоченный по правам человека будет эффективным. А чем он будет заниматься? Всё это надуманно, считаю, что тратить бюджетные деньги не надо, - высказался Владимир Гейдебрехт.
- Тем более такие большие суммы, - раздался голос с места.
Речь и вправду идёт о крупных суммах финансирования. В целом аппарат уполномоченного по правам человека обойдётся бюджету в 12 миллионов рублей. При этом сам защитник прав людей будет наделён статусом, приравненном к заместителю председателя Народного Хурала.
- Я за введение должности, но против такой высокой зарплаты. Если это человек с такими высокими нравственными идеалами, то он не должен получать такие высокие зарплаты. Надо пересмотреть этот вопрос. Туда люди должны идти, чтобы работать за честь и совесть, - высказалась Раиса Пшеничникова.
Впрочем, спикер Матвей Гершевич заверил её, что зарплату уполномоченный будет получать не на уровне вице-спикера, а «лишь» как председатель комитета Народного Хурала. Для примера, годовой доход председателя бюджетного комитета Цырен-Даши Доржиева составил 2,2 миллиона, а глава социального комитета Александр Стопичев получил 2,3 миллиона рублей.
В итоге «за» законопроект проголосовали 34 человека, «против» два. Ко второму, окончательному чтению авторам проекта наказано доработать его согласно внесённым предложениям.
