42-летний сержант запаса Баир Батомункуев, лама Мурочинского монастыря-дацана буддийской традиционной церкви России назначен на должность заместителя командира соединения по работе с верующими военнослужащими приказом министра обороны России Сергея Шойгу.
После первых суток армейской жизни Баир-лама рассказал о том, как оказался на должности полкового священника.
- К буддизму я пришел на срочной службе, которую проходил на севере, в поселке Тикси, в батальоне радиоразведки, следившим за полетами американских самолетов-разведчиков. Там я попал в пургу и чудом выжил, вспомнив все буддийские молитвы, которые слышал в детстве, хотя рос в обычной советской семье, не очень религиозной, и не считал себя верующим. Переосмыслив многое, после службы в армии поступил в буддийский институт в Иволгинском дацане, а затем завершал образование в Монголии - в Улан-Баторском буддийском университете им. Дзанабазара. После его окончания в 1997 году стал служить ламой в родном селе, в Мурочинском дацане, - рассказал Баир-лама.
Мурочинский дацан - старейший буддийский храм России, основанный в середине 18 века. После разрушения в годы «воинствующего атеизма» восстановлен и возрождается. Его священнослужители проводят не только молебны, но и лекции. В том числе, в воинских частях, откликаясь на просьбы их командования. В числе таких лекторов часто оказывался и Баир-лама, который по собственному армейскому опыту знает, как нужна солдатам духовная помощь. А после того, как в российской армии появился институт военных священников, постепенно определилась его новая стезя на духовном поприще.
В бригаде Баир-ламе уже выделено рабочее место.
- Буддийский дацан строить не будем, - рассказал он. - Поставим юрту со всем необходимым для служб, как полевой походный храм.
Он обязательно будет востребован, так как в бригаде около 30 процентов военнослужащих, уроженцев Бурятии, исповедующих буддизм. А православное большинство воинства соединения окормляет протоиерей Олег Матвеев, настоятель храма Успения Божией Матери в Кяхте.
- У нас с ним полное взаимопонимание и прекрасные отношения, - говорит Баир-лама. - Кроме того, в силу должностных обязанностей, каждодневно я должен помогать всем военнослужащим, независимо от их веры и национальности. И вопросы, с которыми обращаются, связаны не только с религией.
Еще до вступления в должность ему уже приходилось успешно решать проблемы нарушений воинской дисциплины и даже преступлений, связанных с неуставными отношениями по принципу землячества. Сейчас налажены связи с дацанами Бурятии, откуда в Кяхтинскую бригаду призываются солдаты, чтобы заранее внушать им неприемлемость для буддиста подобного поведения.
Вопрос о приемлемости для священнослужителя-буддиста, обязанного заботиться о благе всех живых существ, службы в армии, где можно применять оружие, Баир-лама разрешил так: «Защита Родины от нападения, это и защита своей семьи, близких. Учению Будды это не противоречит, тем более, что России в ее истории чаще приходилось защищаться от внешних угроз».
Баир-лама признался, что еще не привык к мирскому и военному распорядку дня. Однако дисциплина - не главный вопрос, который сейчас занимает первого полкового ламу России, он больше думает о том, как построить свою работу, рассчитывая на помощь управления Миниобороны РФ по работе с верующими военнослужащими.
Ровно сто лет назад, в 1913 году, двенадцатый иерарх российского буддизма Хамбо лама Даши Доржо Итигэлов (сейчас хорошо известный в мире как «нетленный лама») при посещении Санкт-Петербурга во время торжеств в честь 300-летия Дома Романовых обратился с просьбой к военному министру России о введении должности особого ламы в частях, где служат буддисты. Первая мировая война, а затем и революции перечеркнули эти планы, как оказалось - не на вечность, а только на век, сообщает ИТАР-ТАСС.
