«В Неделю Православия сегодня закончилась Литургия.
Начинаем последования Торжества Православия. Мирная ектения. Смотрю, кто-то аккуратно протиснулся сковзь народ, подходит к кафедре. Что-то говорит иподиаконам. Спрашиваю, что случилось. Он: «у меня для Вас срочное сообщение», показывает служебное удостоверение. Удивляюсь: «Что случилось, что за сообщение?».
- Поступило анонимное сообщение о том, что заминирован кафедральный собор
- Но у нас ведь нет ещё кафедрального собора?
- Да, мы знаем, но что делать? Должно быть это Одигитриевский?
- Возможно... Что ж, начинайте пока на первом этаже, мы тем временем закончим службу и я отпущу народ.
На этом и договорились. Отправил отца настоятеля вниз, помочь силовикам. Пропели многолетия, хор исполнил «Тебе Бога хвалим». И чтобы не пугать народ, по окончании службы объявил о том, что полиция проводит антитеррористические учения, поэтому необходимо быстро, но без суеты освободить верхний придел. Когда вышел, площадь перед собором была перекрыта силами полиции: пожарная машина, скорая «медицина катастроф», территорию вокруг собора обыскивают кинологи с собаками, все как положено. Хорошо еще, что сообщение поступило после обеда к окончанию службы: должно быть аноним решил в воскресенье отоспаться: при полном храме народа паники очень бы не хотелось. Хотя, уверен, что люди, пришедшие в храм не стали бы паниковать...
Вот так развлекаются. Сначала сообщение о бомбе в сельскохозяйственном, затем в БГУ, сегодня у нас... Найдут ли шутника или нет, но эти развлечения совсем не хорошо.
Весеннее обострение?
Да, чуть не забыл поблагодарить полицию: действовали максимально корректно и, как мне показалось, профессионально».
