Новости Бурятии и Улан-Удэ в реальном времени

19 Августа

Популярное

Туяна Будаева

театровед, театральный критик



«Лаборатория РОСТа – доказательство потенциала Сергея Левицкого»

28.05.2018


Месяц назад в театре Русской драмы показом режиссёрских эскизов завершилась 3-я Лаборатория РОСТа (Растём, Общаясь С Театром), адресованная детям, подросткам 

Обычно, взаимоотношения театра и зрителя складываются по правилам, сакрализированным в то, что принято считать «традицией»: один вещает, другой внимает; один якобы глаголом жжёт, другой якобы духовной жаждою томим; один своей идеальной позой идеального идеала безусловно упоён, другой всем этим комплексом достоинств условно восхищён. Казалось бы, очевидно, что театр здесь ведущий, а зритель ведомый. На деле, именно зритель диктует театру то содержание, которое ему, зрителю приятно-понятно-известно. Подобные потребительские отношения между людьми психологи называют токсичными, но в культурной жизни эти манипулятивные зависимости принято именовать диалогом театра и зрителя, можно даже сказать, любовью. 

Но иногда театру удается осознать, что изображаемый им «чистейшей прелести чистейший образец» вовсе и не чистейший, и не прелести, и не образец – наряд давно пообносился, котурны жмут, корона то и дело сползает на глаза, пьедестал покосился.

Здоровый диалог

В общем, когда театр хочет психологически здорового диалога со зрителем – на основе культуры диалога, то есть на основе настоящего уважения даже не к мнению собеседника, а, в принципе, к собеседнику как таковому, тогда в театре рождается Лаборатория. 

Лаборатория РОСТа - это своеобразная дополненная реальность, созданная ГРДТ для того, чтобы общаться со своим зрителем не просто глаза в глаза, а в совместном творчестве. Первая Лаборатория была адресована зрителям в условной возрастной рамке от 7 до 12 лет, и темы для разговора предложил театр – дети смотрели эскизы сказочных и не очень сказочных историй и бурно обсуждали их. А также с учениками разных школ общались известные детские писатели и поэты: Ксения Драгунская, Дина Бурачинская, Лев Яковлев, Артур Гиваргизов. Они читали детям свои сочинения, обсуждали прочитанное, играли в литературные игры. 

На следующем РОСТе темы предлагали уже подростки – несколько ребят сочиняли драматургические тексты с известными российскими драматургами Вячеславом Дурненковым и Марией Зелинской, а театр показал режиссёрские эскизы по этим сочинениям, которые снова бурно обсуждали. 

В этом году, на 3-й Лаборатории мы услышали голоса и «детей», и «отцов», и «дедов», которые театр преобразовал в вербатимы.

В этой последовательности идея роста воплощена буквально – от года к году взрослеют зрители, взрослеют их мысли и взгляды; крупнеют темы, «взрослеют» жанры; расширяется состав режиссеров, свободнее и серьёзнее становятся обсуждения. Но главное, нам, сторонним наблюдателям, внятна стала цель Лаборатории, цель искомого диалога между театром и зрителем - доверие и уважение друг к другу, доверие и уважение к себе. 

Что, по правде говоря, хочет увидеть зритель в театре? Он хочет, чтобы театр воплотил на сцене тот спектакль, который уже сложился в его, зрителя, воображении. Если ожидаемое и увиденное не совпадают, диапазон зрительского разочарования включает в себя и недоумение, и огорчение, и злорадное превосходство – они не сумели показать то, что я хотел, значит, я лучше! И конечно, самая крайняя степень разочарования, это агрессия и истерика разрушения – а-а-а-а, театр не показал то, что я хочу видеть, значит, это плохой театр, долой его! Причин, по которым зритель идёт в театр с заготовленным видением, и противится какому-либо иному спектаклю, много, но основаны они все на глобальном, всеобъемлющем недоверии всему: миру, жизни, действительности, театру, но, в первую очередь, самому себе. Ведь на самом деле зрительский спектакль вовсе не его собственный – это «постановка», разыгранная догматами привычных представлений и стереотипных суждений о том, каким должен быть театр, спектакль, артист, и пр. Без этого посредничества зритель просто не может, потому что в случае непониманий, несовпадений, несоответствий, именно с помощью догматов «испокон веков так было», «великие классические традиции», «традиции русского психологического театра» и пр., зритель будет доказывать, что он прав, а театр сам дурак! Зачем зрителю всё время доказывать, что он прав, а все остальные сошли с ума? Это традиция. Великая и классическая национальная особенность.

Лаборатория создает такую среду общения театра и зрителя, где «посредники» не нужны, поскольку в этой среде несоответствие мнений и взглядов не просто допускается, оно культивируется.

В свою очередь вербатим, один из жанров документального театра, это идеальная беспосредническая среда. Драматургия его состоит из интервью, взятых артистами у реальных людей, наших современников, что напрочь лишает зрителя возможности судить о спектакле, опираясь на свои «знания» о «подлинных театральных традициях» и «настоящем» Островском, Чехове, Шекспире или Станиславском.

Минимальную опору предоставляет зрителю и театр, поскольку вербатим - это отнюдь не праздник театральности и сценический язык его аскетичен, главное художественное средство тут текст, реальный монолог реального человека по реальному поводу. И хочет зритель или не хочет, но единственный на кого он может здесь рассчитывать, это он сам. И вот только тут, на этом этапе начинает складываться его собственный, без посредников, спектакль, в котором, наверняка, тоже своё слово имеют привычки и стереотипы, но здесь они не инструменты воздействия на театр, здесь они тот предмет, который зритель начинает видеть в себе, пристально рассматривать, и осмыслять. 

«Деды» и «дети»

Вербатимы третьего РОСТа - это интервью, взятые у жителей нашего города, в основном у подростков, но также и у «старших братьев», «родителей», «дедов», и потому можно говорить о том, что театр и режиссеры эскизов Донатас Грудович, Егор Матвеев и Павел Данилов показали достаточно объективную картину того, чем все мы, улан-удэнцы, сейчас живём. 

Очень бы хотелось, чтобы эти лабораторные эскизы вошли в репертуар ГРДТ и показывались одним вечером. Потому что, такие разные, они буквально воплощают замысел Лаборатории – говорить о том, что быть другим, иным – приемлемо; говорить по-разному о разном – допустимо; говорить по-разному об одном и том же – возможно; слышать друг друга, таких разных – реально. Такие разные эскизы так по-разному говорят об одном – о том, чего нам не хватает для счастья. Не хватает малого - допускать в самих себе всего лишь одну способность. Способность допускать всего лишь одну простую мысль - «и такое бывает».

Во всех трёх вербатимах «отцы», «деды», и даже «старшие братья» ностальгически говорят о том, что они, будучи детьми и подростками, копали картошку, пололи картошку, тяпали картошку. Для старшего поколения это обстоятельство является железным доказательством того, что они-то были гораздо, гораздо лучше нынешних молодых, у которых на уме ничего серьезного, одни только телефоны. Так, сам собой, из образа мыслей реальных людей, складывается Образ Времени. И тут примечательна реакция молодых на эту сакрализацию картошки - молодежь по обе стороны «рампы» не кривит губ в насмешке, не пожимает равнодушно плечами по поводу того, что для старших мерилом жизненных ценностей и человеческих достоинств оказался банальный овощ. Конечно, они не совсем понимают, когда в течение века люди наступлением лучшей эры считали возможность взять больше соток картошки, чем было у предыдущего поколения… Эта горестная историческая правда никак не вживляется в сознание сегодняшней молодежи, но они всё же допускают мысль, что, наверное, такое бывает, такое возможно. Удивительно, но молодежь, по крайней мере та, что участвовала в Лаборатории ГРДТ, не находится состоянии тотального отрицания, а живёт старанием понять и принять. Невероятно, но ни один юный персонаж вербатимов не кричал, что его-де не понимают и рассудок его изнемогает. Грустно, но оказалось, что пресловутый конфликт поколений существует только в сознании старших поколений, выраженный как раз в бесконечной борьбе картошки с гаджетами – оказывается, очень трудно, почти невозможно старшим примирится с тем, что пришли, наконец, такие времена, когда ценностью, залогом безопасности и выживания, стала не еда, а информация, воплощённая в виде мобильного телефона. 

Такие разные эскизы так по-разному показали, как нас беспокоят эти цивилизационные разрывы, и как по-разному мы хотим эти разрывы преодолеть. Старшее поколение, не принимая реалии сегодняшнего времени, разумеется, хочет для молодых лучшей жизни, но такой, в которой мерилом по-прежнему остается картошка. А молодежь… Молодежь, которая, повторю, живёт вовсе не отрицанием всего и вся, вглядывается в прошлое. Совсем неслучайно один вербатим был «прошит» персонажами «Сказки о потерянном времени»; режиссер другого эскиза посвятил его памяти своей бабушки; третий спектакль шёл на фоне документальных киноплёнок 70-80-х годов прошлого века. И это не ностальгия. Это принятие. Попытка не спорить, не отрицать, не осуждать (в монологах подростков вообще не звучит осуждающих оценок в адрес старших), а разговаривать.

Так прояснился акт, который стремится совершить Лаборатория - преодолеть разрывы в понимании друг друга. Это важно, это необходимо, потому что по замечанию художественного руководителя ГРДТ и родителя РОСТа Сергея Левицкого - мы все здесь про одно, про любовь. 

Каких единицы…

Лаборатория дело, конечно, общее, и РОСТ распространяется и на театр – театр так же растёт от года к году: осваивает новые темы и жанровые территории, усваивает вкус свободы, расширяет горизонты видения. Свободнее, легче, интереснее актеры, яснее их актёрские лица, плотнее их присутствие в происходящем. В этом году, можно сказать, они были «драматургами» проекта, выбирали людей, брали у них интервью, транскрибировали наговоренное в тексты, перевоплощались в своих героев. И всё же мозг, мотор, и дух РОСТа, это Сергей Левицкий. В этом году Лаборатория очень внятно проявила целостность его режиссёрского замысла - формулировки идей и целей, направление и траекторию движения проекта, величины и объемы РОСТа. 

У нас в культуре немало деляг, барыг, и случайных прохожих, тех, чьи воля и силы направлены на обеспечение личных нужд. Настоящих деятелей, тех, кто преобразует художественное пространство, кто осуществляет свою ответственность за будущее нашего культурного поля, кто наполняет его смыслами, таких – единицы. Когда ещё только Левицкий осваивался в качестве худрука театра, я, похвастаюсь, заметила, что он строитель, и Лаборатория РОСТа очень зримое доказательство его созидательного потенциала.

Такие разные пути

… У наших театров своеобразные отношения как с объективной действительностью, так и с театральной. Они у нас словно бы где-то в астрале… Оперный медитирует на свой былой блеск и славу. И это, видимо, пожизненно. Бурдрам поиск национального театрального языка ведёт под «мантры» - «с компанией дешевле – купите 2 билета, придите втроём», «получите два мероприятия задаром - всего 100 рублей». И это, наверное, бессрочно. «Ульгэр» визуализирует себе здание. И, вероятно, это навсегда…

Актуальные реалии чувствуют, адекватно на них отзываются, и свободно в них существуют, только ГРДТ и Молодёжный театр. Собственно, и сами лаборатории у нас стали проводить по инициативе Анатолия Баскакова, когда он делил себя между Молодежным и ГРДТ. Сегодня, Лаборатория РОСТа - это единственный реальный, самостоятельный, не насаженный сверху для «галочки» и похвальбы, проект, который смогло сгенерировать наше театральное сообщество. Проект тем более уникальный, что никакие монстры отечественного театрального дела ему не покровительствуют, не опекают, и не нянчатся. Растёт сам.

Даже если каждый год в Лаборатории принимали участие человек 200, то за 3 года ГРДТ «собрал» будущий полный зал зрителей, настроенных на цивилизованный диалог с театром, на осмысленное интеллектуальное и эмоциональное восприятие и взаимодействие.

И будем надеяться на продолжение РОСТа.




Уважаемые читатели, все комментарии, не соответствующие действующему законодательству, контенту сайта (в том числе наличие каких-либо ссылок) и элементарным нормам культурного поведения удаляются автоматически.
Социальные комментарии Cackle
Пётр Покацкий
Пётр Покацкий
директор Филиала ФГБУ "ФКП Росреестра" по Республике Бурятия.
31.07.2018
Борислав Таро
Борислав Таро
Борислав Таро, художник. Интернет-галерея - https://borislav.in.gallerix.ru/
13.07.2018
Ямпил Багша
Ямпил Багша
Доктор буддийской философии, мастер тибетской медицины
11.07.2018
Пётр Покацкий
Пётр Покацкий
директор Филиала ФГБУ "ФКП Росреестра" по Республике Бурятия.
27.06.2018
Вадим Бредний
Вадим Бредний
Руководитель группы компаний "Титан"
12.06.2018
Александра Мяханова
Александра Мяханова
Доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета БГУ
29.05.2018
Загрузка...
^